Зачем Жанне Фриске чужие деньги

от Natali | в категории АКТУАЛЬНО, Здоровье, Светская хроника | 22-01-2014

0

Популярные артисты - о том, стоит ли перечислять средства на лечение певицы

В передаче «Пусть говорят» Дмитрий Шепелев, муж Жанны Фриске, обратился с просьбой не муссировать тему здоровья артистки.

Но соцсети разрываются от добрых слов и призывов помочь.

Мы посчитали возможным поделиться ими.

Может быть, благодаря этим словам еще несколько человек сделают доброе дело.

Наталия Гулькина, певица:
- Помолимся все, кто верит! За Жанну! Только общая вера в чудо и Господь все могут! Сердечно желаю ей выздоровления! Всегда восхищаюсь ей! Уважаю и горжусь, что лично знакома с этой красивой и талантливой девушкой! Радовалась ее материнству, надеюсь и верю, что обязательно настанет тот день, когда она возьмет на руки свою кровиночку, поцелует, обнимет родителей и супруга, и они счастливо заживут всей семьей! Молюсь всем сердцем за ее выздоровление!!! Спаси и сохрани!!! СМС на номер 5541 со словом ЖАННА
Елена Скороходова, актриса, театральный режиссер и поэтесса:
- Жалко Фриске. Очень... 4ая неоперабельная стадия - это плохо. Но я верю в чудо. На то мы и православные... Мы верим в то, что возможно всё. Умерший Лазарь был на четвёртый день воскрешён. Нет ничего невозможного для Господа. Но просто так чудо не совершается. И за деньги его не купишь. Что сделать? Не знаю...

Помню, умирал Абдулов. Он был ещё в Москве. Мне позвонила знакомая доктор-гомеопат.
- Лена, сейчас в Москве находится очень известный гомеопат из Голландии. Я могу на неё вывести. У неё есть положительный опыт лечения 4ой стадии рака. Если у тебя есть выход на Абдулова, она могла бы попытаться ему помочь. Лена, ты мне веришь? Я очень советую к ней обратиться. Это реальный шанс, - сказала она мне по телефону.
- У меня нет прямого выхода на Абдулова. Я ему не жена, не дочь, не любовница, не знакомая, никто... Я подумаю, конечно, но не знаю, что сделать, - ответила я гомеопату.
И я решила ничего не делать, никому не звонить. Потому что Абдулова я не знаю.
Но тут мне вдруг стало стыдно. Как это никому не звонить? А, может, я лишаю человека реального шанса? Ведь всё может быть. Может, Абдулов как раз ждёт этого гомеопата? Может, он его уже ищет в Голландии? А гомеопат сейчас в Москве. И на неё есть выход.
И я позвонила одному своему приятелю из «Ленкома» и всё это рассказала.
- Лена, успокойся, - сказал мне он. - Вокруг Абдулова сейчас много людей: шаманы какие-то, экстрасенсы. Ими руководит Костя Дзю. Все его лечат. Туда не протолкнёшься.
И я отстала.
Позвонила подружке, рассказала эту ситуацию...
- Представляешь, гомеопат, у которого есть опыт лечения 4ой стадии рака, сейчас в Москве. А Абдулова какие-то шаманы лечат. Обидно.
- Успокойся, ты, что могла, сделала. Я тоже Абдулова не знаю, - сказала мне она.
А через три месяца эта подружка позвонила и сообщила мне, что умер Боря Хмельницкий. От того же... Оказывается, она всё последнее время знала о том, что Боря умирает. Её муж был лучшим Бориным другом.
- Так что ж мы не задействовали в лечении Бори того гомеопата, когда я тебе звонила? - чуть не заорала я в трубку. Но поздно уже было - орать-то.
Короче, я даже не знаю как её зовут, этого голландского врача-гомеопата...
Но имейте в виду, что в Голландии живёт гомеопат, у которого есть положительный опыт лечения неоперабельной 4ой стадии некоего рака. Какого - не знаю. Найти этого доктора можно через международную ассоциацию гомеопатов.
Гомеопат - это не шаман и не экстрасенс. Это - доктор.
Мало ли, может поможет?
Лолита Милявская, певица:
- Для тех, кто хочет помочь Жанне Фриске, но не имеет возможности отправить СМС на номер 5541 со словом ЖАННА, имеются реквизиты рублевого счета «Русфонд»:
Благотворительный фонд «РУСФОНД»
ИНН 7743089883.
КПП 774301001.
Р/с 40703810700001449489 в ЗАО "Райффайзенбанк", г. Москва.
К/с 30101810200000000700.
БИК 044525700.
Назначение платежа:
Пожертвование на лечение Жанны Фриске.
НДС не облагается.

Один невыпитый коктейль

Комментарии к журналистским статьям о болезни Жанны самые разные. Еще более грубые - в соцсетях. Почему-то многие, в такой момент посчитали, что имеют право не только нелицеприятно высказываться в адрес человека, которому сейчас нужна поддержка, но и скабрезничать о благотворительной помощь по СМС и на банковский счет. Честно, так и хочется спросить таких: А ты что сделал хорошего в своей жизни?!
Но все мы знаем, что за все - хорошее и плохое - наступает расплата. И почему же те люди, которые сейчас хихикают над чужим горем не призадумаются: «Когда мне станет плохо, кто поможет?»

Максим Аверин, актер:
- Никто и никого насильно не заставляет идти и жертвовать все свои вложения! Просто я, да и все, кто Жанну знает, просят Вас: сходите в церковь и помолитесь за человека. Поставьте свечку за здравие. И все будет хорошо.
Хочется отметить, что в некоторых источниках говорится, что при крещении Жанна получила имя Анна. Поэтому писать о здравии нужно это имя. Можно два.
Любовь Воропаева, поэтесса, сценарист, продюсер:
- Молитесь, дорогие, за здоровье очень хорошего человека!
Пост молодого телеведущего светского репортера Сергея Ашарина меня поразили своей искренностью и прямотой. Они действительно заставляют задуматься. Прочитайте их, пожалуйста:
- История с Жанной Фриске, о которой сейчас все трубят, это не история страны, не трагедия вселенского масштаба и не глобальная катастрофа. Это личная драма конкретной семьи. Строчка в статистике. Можно и не заметить. В России миллионы людей, которые борются с онкологией. Посылать или не посылать ей деньги - личное дело конкретного человека. И я не могу осуждать тех, кто не чувствует в этом потребности.
Я хочу поговорить о другом. Для меня вся эта шумиха в очередной раз вскрыла породу людей, с которыми я столкнулся лично и помню, как это было обидно и неприятно. Но как много счастья мне принесли другие.
Итак, середина двухтысячных. Я работаю светским редактором в популярном журнале, в огромном издательстве. Каждый раз перед планеркой штудирую кучу СМИ на предмет светской жизни. Устроившись в кресле с кипой макулатуры, пролистываю «АиФ» и натыкаюсь на какую-то статью с фотокарточкой. Взгляд цепляется, я морщусь, ужасаюсь, перелистываю. Возвращаюсь, начинаю читать.
Мальчик, я даже не помню как его звали, два года. Отец - героиновый наркоман. Во время очередного прихода начинает буянить. Жена бросается за помощью к соседям, почему-то оставляя с этим монстром двухлетнего сына и еще одного, грудничка. За несколько минут, пока жена бежит в милицию, у папаши окончательно съезжает крыша: он смотрит на детей, видит демонов. Берет грудничка и бросает в огонь. В след за ним в печь летит старший сын. Заслонка закрыта. Ребенок кричит от боли и ужаса, отец прозревает. Бросается в полупьяном бреду к печи, вытаскивает почти уголек. У мальчика обожжено почти 85 процентов тела. Ему делают несколько операций, каждая из которых отдельный ад, но этого мало. Пересаженная кожа не эластична и малыш из нее вырастает. Из-за этого у него загибаются пальчики, ему больно. На фото он улыбается, потому что еще не знает ни про школу, ни про двор, ни про будущих соседских ребятишек, которые затравят его прозвищем «Франкенштейн». Я даже помню, что меня подтолкнуло: эта улыбка. Лица почти не было, месево, но он улыбался. И я подумал: боже, его затравят, если не помочь. Каждый год ему нужна пересадка кожи и процедуры, иначе у мальчика загнутся пальчики, конечности, ссохнется кожа. Мне стало невыносимо.

Уже прошло лет восемь, но мне до сих пор неприятно об этом писать. Внизу был адрес расчетного счета. Я открыл внутреннюю почту и написал всем письмо, всей огромной компании, совершенно незнакомым людям. Я писал, что никто не обязан откликаться, потому что это совершенно неизвестный нам ребенок из глухой Сибири, но сегодня пятница и все мы пойдем куда-то кутить, мы спустим в клубе по сто долларов и единственное, что останется у нас в голове - это похмелье и сожаление. А можем лишить себя «Маргариты», но подарить надежду.
И тут случилось чудо. Правда, чудо. В издательстве работала Дина К. - дама с репутацией редкостной суки. Коллеги из журналов, издателем которых числилась Дина, то и дело говорили мне, какая Дина тварь, как презирает она коллег, как орет на подчиненных, как невыносима злобна... Я заочно верил коллегам, потому что не знал Дину близко. И знаете что... она пришла ко мне первой. Разыскала в офисе и протянула конверт: «Мы тут с девочками насобирали. Пусть мальчишке будет счастье». Мне казалось, я заплачу. Вслед за Диной в редакцию потянулись ручейки людей. Многих я не знал, но по их блуждающему взгляду понимал, что они идут ко мне. «Вы Сергей? Здравствуйте... это мальчику, о котором вы написали».
Они несли мне сотки, пятисотки, тысячные, извинялись, что мало, улыбались, стыдливо прятали взгляд, если давали немного (им казалось, что благотворительность - это всегда миллионы). Они шли ко мне целый день. Они не пересекались друг с другом, но я видел всех. В этот день я впервые ощутил, что такое энергия добра. Энергия, которая конченую по имиджу суку превращает для меня в святую. Честное слово, вспоминая их лица, я улыбался дня три, как дурак. В метро, в служебном автобусе, перед монитором.
В тот день я пошел поужинать со своим другом, он тоже работал в издательстве. Я был так восторжен произошедшим, так благодарен людям, так горд собой, так горд коллегами, - я выложил ему всю историю. Леша посмотрел на меня и сказал:
- Знаешь, ты ведешь себя очень неправильно. Ты гордишься своим поступком. Это не хорошо. Нужно быть скромным.
Я разозлился и сказал ему:
- Да я горд собой. И мне приятно говорить о том, что люди поддержали то, что я начал. Я мог пролистать газету, они могли кинуть мое письмо в трэш. Но этого не случилось. Все совпало, правильные слова, правильные поступки и я, правда, горжусь собой!
- Все равно это как-то нехорошо. Эта гордость тебя не с лучшей стороны характеризует, - сказал Леша, дожевал свой ужин и ушел.
Денег он так и не дал. Еще была пара писем, в которых некие неизвестные мне коллеги хихикали, что «как только я насобираю себе на машину, я их покатаю», «что, у кого-то занял бабки, а теперь решил сочинить про мальчонку?» Я уже не помню, что я ответил. Помню это чувство омерзения.
Через несколько дней я пошел на почту и оформил перевод. Мы собрали 38 000 рублей или что-то вроде того. Я к чему все это рассказываю. После озвучивания новости о Фриске, в сети появилась уйма комментов типа «нашли кому собирать? в стране полно детей без денег, а эта певичка и так богатая» или «а где же любовники? все разбежались?» и прочая грязь. Я понимаю, что люди, которые это пишут, на самом деле реагируют также, как мой бывший коллега. Предложи им пожертвовать сто рублей на лечение ребенка, они скажут: «У него родители есть, пусть платят». Скажи, что умирает бомж, ответят: «Да и пусть подохнет, что он, Менделеев что ли? У нас вон дети умирают из приличных семей». Спроси таких людей: «Готовы перечислить деньги в дом престарелых одиноким старикам», ответят: «Сами виноваты эти старики. Нечего было воспитывать мдаков, которые их из дома выкинули».
Такая порода людей никогда не сделает ничего полезного. Их задача говорить, осуждать, попрекать, воспитывать, самоутверждаться и оправдывать себя. Самое невинное из их изречение: «что сделают сто рублей, если на операцию требуются сотни тысяч?» И это тоже оправдание.
Я вот за Жанну отправил сегодня несколько СМСок. Было неловко, что мало, но это напрасное чувство. Потому что кто-то на другом конце этих цифр расчетного счета собирает счастье человека по кусочкам, он видит всех нас, он видит энергетику, которую мы излучаем и улыбается. Как я тогда. Эта энергетика, я думаю, действительно исцеляет. Если вам не нравится Фриске - это ваше право. Но не оправдывайте себя, найдите другого человека (старика, ребенка, кого угодно), возьмите проверенный фонд, людей, которым вы доверяете, и сделайте доброе дело. Да, их много, да, понятно, что это забота государства и конкретных родителей, детей, коллег. Я все это понимаю, но пятьсот рублей - это в лучшем случае два пропущенных в месяц коктейля. Это ведь не сильная жертва, правда?
PS и знаете, я до сих пор горжусь тем, что СДЕЛАЛ!
Евгений Фридлянд, музыкальный продюсер:
- Все мы в шоу-бизнесе конченные, полностью или частично... Что-то написав хорошее, где-то на уровне подкорки, подсознания рассчитываем всё равно монетезировать свои мысли, приобрести себе новых поклонников и почитателей! Таковы издержки профессии и приобретённых, за долгие годы работы, рефлексов. Я стёр свой пост про Жанну, так как в нём были строки о том, что не являюсь её поклонником, хотя мысль была в другом! Важно даже без особых чувств к человеку, уметь сострадать, соболезновать, сопереживать! Поэтому в моих текстах многим не всегда удаётся связать начало и конец! А ведь это система координат, то, от чего я отталкиваюсь... Так вот, Жанне - скорейшего выздоровления! Это не нормально, когда в таком возрасте и тем более хороший человек вынужден проходить через такие испытания!

Редакция «Экспресс газеты» и сайта eg.ru желает Жанне и ее семье сил, терпения и, конечно, не терять надежду,

что все будет Х-О-Р-О-Ш-О!

Читайте также:

Написать комментарий

71 / 1,735 / 13.74mb